Чпок! — последняя пуля ушла вверх, обвалив здоровенный пласт штукатурки; Граев с хрустом, ломая пальцы, выдрал пистолет из руки, рубанул ладонью чуть выше уха киллера… И тут же обернулся: что с Ксюшей?! Что с Сашей?!
С дочерью было все в порядке — ни одна из пуль, даже рикошетных, не зацепила коляску. А Саша…
Саша медленно оползала по грязной стене — разрисованной, исписанной всякой похабщиной.
На белой блузке, слева, темнело крохотное пятнышко.
Глава вторая. Как умирает любовь
Я проскользнул к больному в комнату; думаю, если он не спит, нам с ним вместе надо бы придумать, как соврать половчее.
1.
Вновь начался дождь.
Барабанил в окно, стучал по крыше, и Наташе отчего-то казалось, что ничего отвратительнее звуков дождя она в жизни не слышала… И не видела ничего отвратительнее здешнего унылого пейзажа за окном…
И еще казалось — это навсегда.
Руслан никогда не вернется… Он не любит жаловаться на трудности и препоны, Наташа давно поняла, что они для него почти не существуют, и коли уж сказал: «У меня проблемы, могу не вернуться», — дело совсем плохо…
Его убьют, и она останется одна… Вернее, не одна… Но это еще хуже…
А дождь всю оставшуюся жизнь будет барабанить в окно — до того самого момента, когда она перестанет обманывать себя, перестанет на что-то надеяться, достанет пистолет, и…
Она достала пистолет.
Достала, хотя раньше предпочитала не притрагиваться без нужды к смертоносной игрушке. Знала, как обращаться, — Руслан настоял и научил — но не брала лишний раз в руки.
Теперь взяла.
Кто сказал, что оружие в руке придает уверенность? Может, кому-то и придает… Наташа же ощутила лишь болезненное любопытство: если заглянуть в дуло, будет ли виден металлический блеск пули?